Мелик пашаев – Мелик-Пашаев, Ованес Нерсессович — это… Что такое Мелик-Пашаев, Ованес Нерсессович?

Содержание

Мелик-Пашаев, Александр Шамильевич — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Алекса́ндр Шами́льевич Ме́лик-Паша́ев (арм. Ալեքսանդր Մելիք-Փաշայան, Мелик-Пашаян[1]; 1905—1964) — советский и российский дирижёр, композитор, пианист, педагог. Народный артист СССР (1951).

Александр Мелик-Пашаев родился 10 (23) октября 1905 года в Тифлисе (ныне Тбилиси, Грузия) (по другим источникам — посёлок Шулаверы, ныне Шаумяни[2], Грузия), в семье шушинского армянина[3].

Получил домашнее музыкальное воcпитание, обучался игре на фортепиано.

С 1921 года был пианистом-концертмейстером Тбилисского театра оперы и балета (ныне Грузинский театр оперы и балета имени Палиашвили). В 1923—1931 годах (с перерывом) — дирижёр этого театра.

В 1930 году окончил Ленинградскую консерваторию им. Н. А. Римского-Корсакова по классу симфонического дирижирования А. В. Гаука. Теоретические дисциплины проходил у X. С. Кушнарёва и В. В. Щербачёва.

С 1931 года — дирижёр, в 1953—1962 годах — главный дирижёр Большого театра (Москва). Среди лучших спектаклей — «Руслан и Людмила» М. И. Глинки, «Пиковая дама» и «Черевички» П. И. Чайковского, «Война и мир» С. С. Прокофьева, «Вильгельм Телль» Дж. Россини.

В симфонических концертах дирижировал, как правило, монументальными произведениями Л. ван Бетховена, Дж. Верди, И. Брамса, П. И. Чайковского, Н. А. Римского-Корсакова, Д. Д. Шостаковича и др..

Гастролировал за пределами СССР в 1950-е и в начале 1960-х годов. Под его управлением прошли спектакли «Князь Игорь» (1958) и «Кармен» (1958) в Праге, «Пиковая дама» (1961) в Лондоне и Остраве, «Фауст» (1961) в Будапеште, «Аида» (1963) в Лондоне.

В 1933—1934 годах — музыкальный руководитель Оперной студии при Московской консерватории им. П. И. Чайковского[4].

Автор музыкальных произведений. Среди его сочинений — оперы «Печорин» (по произведениям М. Ю. Лермонтова) и «Двенадцатая ночь» по одноименной комедии У. Шекспира, Симфония до минор, романсы на стихи А. С. Пушкина и И. Г. Эренбурга и др

[5].

В 1943 году коллектив Большого театра, эвакуированный в Куйбышев, вместе с А. Ш. Мелик-Пашаевым передал Сталинскую премию в Фонд обороны.

Умер 18 июня 1964 года в Москве. Похоронен на Новодевичьем кладбище (участок № 3).

Семья[править | править код]

  • Жена — Минна Соломоновна Шмелькина (1909–1995), балерина, солистка Большого театра.
  • Сын — Александр Александрович Мелик-Пашаев (род. 1941), доктор психологических наук, профессор, главный редактор журнала «Искусство в школе», автор многочисленных публикаций в области психологии искусства, художник.

Тбилисский театр оперы и балета[править | править код]

Большой театр[править | править код]

Память[править | править код]

В Москве на Тверской улице, дом 25, установлена мемориальная доска дирижёру.

Издательство | Издательство «Мелик-Пашаев»

Издательство «Мелик-Пашаев, выпускающее книги для детей от 0 до 10 лет, было создано в 2008 году.

С чего начинается детская книга? Конечно, с картинок! И кому же заниматься изданием книг для самых маленьких, как ни художникам. Наше издательство – это творческий союз двух художников, выпускниц Московского полиграфического института (МГУП) – Татьяны Руденко и Марии Мелик-Пашаевой.

Татьяна Руденко – художник-график, дизайнер книг, много лет работала художественным редактором в издательстве «Книга». Она – один из основателей детской творческой мастерской при Третьяковской галерее на Крымском Валу.

Мария Мелик-Пашаева – художник-иллюстратор, живописец – участник многих выставок, специалист в области рукописных шрифтов, коллекционер детской книги.

Какой мы представляем идеальную детскую книгу? Какие иллюстрации хорошие? На что обращать внимание родителей, покупающих детскую книгу? В чем ценность иллюстрации и какой она может быть с художественной точки зрения? Эти вопросы мы задаем себе. И ищем ответы на них, делая наши книги. Эти вопросы мы обсудили с писателем, журналистом и педагогом Мариной Аромштам, которая записала и опубликовала нашу беседу:

Книги хорошие,
книги плохие

Учимся выбирать. Обучаем родителей

Малыши еще не умеют читать, поэтому текстовое содержание книги открывается им через посредника — взрослого. А вот картинки маленький ребенок смотрит сам, своими глазами. То есть в книжный мир он изначально входит не как читатель, а как зритель. Как «смотрящий». Поэтому качество оформления книги, адресованной малышам, качество книжной иллюстрации невероятно важно.

Но, приобретая книгу или выбирая ее на библиотечной полке, мы, как правило, ориентируемся на очень общие и расхожие представления о том, что такое хорошо иллюстрированная книжка: в ней крупные яркие картинки, и их должно быть много. Критерии очень нечеткие и даже ошибочные.

Как отличить хорошую детскую книгу от плохой?

Встречают… по обложке

Книги в наше время — товар. Их продают и покупают. Поэтому подавляющее большинство издателей и продавцов наделяют книжные обложки функциями зазывалы. В результате книги на полках книжных магазинов напоминают орущую толпу. И обложки порой похожи на женщин легкого поведения: рядятся в яркие цвета, украшают себя блестками, золотом.

Кричащие обложки, как и положено «крикунам», часто обманывают покупателя: внутри обнаруживается совсем не то, что обещано снаружи.

Так что, возможно, нужно выбирать книгу по принципу «от противного» — с наиболее «тихим голосом», без лишней мишуры и прибамбасов в виде колес от игрушечного автомобиля или кукольной головы.

Обложка детской книжки должна не вопить «Купи меня!», а просить «Открой меня!», «Почитай ребенку! Покажи ребенку!».

Не покупайте, не берите в библиотеке книгу, ориентируясь исключительно на обложку.

Обязательно откройте и посмотрите: в хорошей книге оформление обложки и внутренние иллюстрации выдержаны в общем стиле.

Цвет цвету рознь

Согласно расхожему представлению, книги для детей должны быть цветными, яркими. Но цвет цвету рознь.

Действительно, детям нравятся цветные предметы, они их привлекают. Но сегодня имеет смысл ввести в оборот выражение «дурная яркость». Дурная яркость связана с появлением анилиновых, «химических» цветов и с их широким использованием при производстве детских игрушек и книг.

Приходишь в игрушечный магазин выбирать погремушку. Выбор, кажется, огромный. Все цвета радуги. Но, кажется, подвесь такую погремушку над кроваткой, — и ребенок будет весь день от ужаса плакать. Искусственная, утрированная яркость красок мешает их компоновать, создавать цветовые ряды. Цвета словно сходят с ума. Возникает какофония цвета.

Раньше такой проблемы не было, потому что краски готовились из натуральных материалов. Поэтому цвета получались благородными: благородный красный, благородный зеленый. Эти цвета мы видим в произведениях искусства прошлых веков, в иллюстрированных книгах прошлого века.

Нужно выбирать для ребенка книги с иллюстрациями, выдержанными в спокойной, благородной цветовой гамме. Это не значит, что книги для малышей должны вдруг стать черно-белыми, а картинки — серо-коричневыми. Иллюстрации могут быть самыми разными, но они не должны быть раскрашены в кричащие, ядовитые цвета.

Ложка — это ложка.
Ложкой суп едят.
Кошка — это кошка.
У кошки шесть котят.

Теперь попробуем определить, что такое хорошая иллюстрация.

Здесь существуют четкие возрастные параметры.

Возьмем, к примеру, книжки для самых маленьких — малышей в возрасте одного-двух лет. Эти дети еще только учатся говорить. Но как раз в этом возрасте им начинают показывать книжки-картинки.

Развивающая задача этих книжек четкая и понятная: малыш должен научиться находить соответствие между реальным предметом, словом и картинкой.

Ему говорят: «Это кошечка. Как кошечка мяукает? “Мяу-мяу”. А это — собачка. Как собачка тявкает? “Тяф-тяф”».

Так вот, в книжке, на которой малыш учится узнавать кошку, собачку, слона, жирафа, должны быть нарисованы именно кошка и собачка, слон и жираф.

Кошка в книжке для полуторагодовалого ребенка не может строить глазки или смеяться. Не может быть розовой или желтой. Она должна быть просто кошкой. А слон должен быть слоном и не походить на гибрид слона с чайником. Без всяких подмигиваний взрослым через голову ребенка.

Позже, когда малыш дорастет до волшебных сказок, он встретится на страницах книг и с говорящими котами, и даже с теми, от которых временами остается только улыбка. Но это произойдет между пятью и шестью годами. И тогда изменятся требования к адресованным ему иллюстрациям.

Но если книжка предназначена для детей раннего возраста, нужно учитывать психологические особенности именно их восприятия.

Причем малышу нужны именно картинки.

Казалось бы, если мы требуем от художника-иллюстратора «жизненной правды» и «реализма», лучше воспользоваться фотографиями. На них точно слон как слон, волк как волк.

Оказывается, нет. Фотография для малыша слишком реалистична, насыщена слишком большим количеством подробностей и деталей, которые он еще не в состоянии воспринять. Ребенку нужен именно образ кошки и собаки, обобщенный художественный образ. Ведь иллюстратор, адресуя рисунки маленьким читателям, показывает им самое существенное и важное, самое «кошачье» или «собачье».

Этот принцип актуален и для детей постарше — в возрасте трех-четырех лет.

Маленькие мальчики с бо/льшим удовольствием будут рассматривать книжку с нарисованными машинками, чем журнал «За рулем» с изображением моделей настоящих автомобилей. Опять-таки потому, что им на этом возрастном этапе важен обобщенный образ, который, ко всему прочему, еще и учит выделять существенное: машины непременно имеют колеса, форма автомобиля стремится к обтекаемой, машины специального назначения имеют отличительные знаки («скорая помощь» — с красным крестом, пожарная машина — красного цвета и т.п.), за рулем сидит водитель. Только теперь сюжеты картинок могут быть более сложными.

Смазливая кошечка и зайчик-блондинчик

Наиболее активными покупателями книг становятся родители малышей в возрасте от четырех лет. Оно и понятно. Ребенок уже говорит, учит в детском саду стихи наизусть. Уже забрезжила перспектива обучения чтению. Книжки вроде нужны. И воспитатели побуждают: читайте детям на ночь, читайте детям на ночь!

Поэтому книг, адресованных детям дошкольного возраста (именно этим — в возрасте с четырех до семи), море. Без края и берегов. Но подавляющее большинство из них является утрированным зеркалом попсовой культуры или гламура.

Первый признак «попсы» в детской книге — наличие смазливых симпатяшек и очаровашек — зайчиков с большими ресничками и кошечек с аккуратненькими губками. Этаких блондиночек в детском варианте, с неизменным выражением мордашки перемещающихся со страницы на страницу и призванных утверждать в детском сознании культ «блондиночьей жизни».

Зайчики-блондинчики еще хуже, чем слоны-чайники в книжках для полуторагодовалых, потому что это не просто проявление психологической безграмотности иллюстратора и книгоиздателя, но и откровенный триумф пошлости.

Хотите воспитывать в детях вкус, не способствуйте распространению пошлости.

Ценность иллюстрации —
в соответствии тексту

Этот критерий не поможет выбирать книжку на библиотечной полке или в книжном магазине, но научит оценивать качество иллюстрации — что тоже немаловажно, особенно — для педагога, который в идеале должен выступать для родителей советчиком и законодателем в области детского чтения.

Хорошая иллюстрация отличается образностью и выразительностью, а также своим соответствием тексту.

К примеру, главным действующим лицом истории является собака. Художник нашел образ, который показался ему удачным. Лучше всего у него получилась собака, виляющая хвостом. И вот эта собака в неизменном виде появляется на всех картинках. Но в одном эпизоде ее побили, в другом она измазалась в грязи, в третьем ее посадили на цепь — с собакой что-то происходит. На уровне событий, на уровне ее собственных эмоций, на уровне нашего сочувствия или возмущения. Именно эта динамика, а не просто напоминание о том, что речь в рассказе идет о собаке, должна быть отражена в иллюстрациях. Иначе иллюстрации не нужны.

Иными словами, на картинках в книжке должно быть нарисовано то, о чем повествует текст, а не что-то свое, отдельное, связанное с потребностью художника в самовыражении. Для детской книжки это особенно важно.

Функции книжной иллюстрации в том, чтобы удерживать внимание ребенка и помогать усваивать текст. Ребенок, рассматривая картинку во время чтения, занят серьезной работой: он соотносит словесные образы с образами зрительными. Но если картинка, привлекающая внимание, уводит от текста, возникает противоречие. Картинка становится не помощником, а помехой при восприятии текста.

Однако ограничиться утверждением, что «картинка должна соответствовать тексту», было бы неверно. Соответствие может быть внешним, формальным. А может быть глубинным, отражающим внутренние коллизии текста, придающим ему новый объем.

Пусть волшебная сказка начинается словами: «В незапамятные времена в некотором королевстве правил Грустный Король. Его дворец был окружен прекрасным садом. Там гуляли олени, маленькие птички распевали песни, дорожки были посыпаны золотыми блестками, но это не радовало Короля».

Проще всего нарисовать дворец. Красивый, с массой деталей. Вокруг растут деревья и летают птички. И это скорее всего с точки зрения искусства иллюстрирования будет плохая картинка. Потому что главным во всем эпизоде является не дворец, а Король. Грустный Король — несмотря на все окружающие его красоты. Так что иллюстратор должен был бы изобразить это противоречие, донести до ребенка переживания Короля. Для начала — как некую загадку, которая требует разрешения — и потому дальнейшего чтения.

Нарисовать, как Король грустит, гораздо труднее, чем нарисовать красивый дворец. Да еще где-нибудь в отдалении, на пригорке, чтобы осталось побольше места для зеленой травки и чудесных цветочков.

Белый — король цветов

Картинок должно быть много. Чем больше, тем лучше. Совсем хорошо, когда детская книжка «изрисована» от и до: ни одного свободного уголка. Везде фигурки, фигурки, фигурки; на худой конец — цвет, цвет, цвет.

Это одно из распространенных мнений.

Но вспомните, как устроен детский рисунок — не тот, что он рисует под бдительным присмотром взрослых («белых мест на листе бумаги быть не должно»), а самодеятельный, нарисованный для себя? Полосочка земли внизу, полосочка неба сверху. На нижней полосочке что-то происходит. Показываешь ребенку на белое и спрашиваешь: «Что это у тебя? Почему пусто?» А он со знанием дела отвечает: «Это воздух!» Он знает, что без воздуха не обойтись.

Детская книга, как человек, нуждается в воздухе. Нуждается в белом. Иначе нечем будет дышать. Белое — незанятое пространство — связывает иллюстрацию с текстом. И это очень важно, потому что книга — единый организм, продукт сложного, синтетического искусства.

Идеальная книга

Что такое «идеальная книга» для маленьких? Кроме качественных иллюстраций, у нее, наверное, должны быть закругленные края.

И она должна быть напечатана на плотной матовой, а не на глянцевой бумаге. Глянцевая бумага имеет те же пороки, что и экран компьютера, что и все блестящее: отсвечивает, бликует. Ребенок ведь, как правило, сидит сбоку от взрослого. Свет на страницу падает неравномерно. Значит, изображение искажается. Это вредно для глаз. А глаза еще даже не читают, а только смотрят.

Детская книга, особенно — для самых маленьких, не может быть «карманной»: слишком мелкое изображение, утомительно рассматривать, неудобно смотреть вместе со взрослым.

Детская книга не может быть очень толстой. Во-первых, потому что толстая книжка очень тяжелая. Во-вторых, она плохо раскрывается. Ее не очень удобно держать, не очень удобно читать, не очень удобно смотреть.

В-третьих, маленькому ребенку для нормального развития все-таки нужны разные книги — с иллюстрациями разных художников, с разными сказками и историями. Лучше, если друзей больше, чем один. Поэтому не стоит соблазняться названиями, обещающими собрать под одной обложкой всю сокровищницу мировой литературы. Все равно не получится. Не влезет. А качество издания наверняка пострадает.

В общем, книгу для ребенка лучше выбирать с пристрастием.

Глядишь — и мир изменится к лучшему.

Сотрудники | Издательство «Мелик-Пашаев»

Издательство «Мелик-Пашаев, выпускающее книги для детей от 0 до 10 лет, было создано в 2008 году.

С чего начинается детская книга? Конечно, с картинок! И кому же заниматься изданием книг для самых маленьких, как ни художникам. Наше издательство – это творческий союз двух художников, выпускниц Московского полиграфического института (МГУП) – Татьяны Руденко и Марии Мелик-Пашаевой.

Татьяна Руденко – художник-график, дизайнер книг, много лет работала художественным редактором в издательстве «Книга». Она – один из основателей детской творческой мастерской при Третьяковской галерее на Крымском Валу.

Мария Мелик-Пашаева – художник-иллюстратор, живописец – участник многих выставок, специалист в области рукописных шрифтов, коллекционер детской книги.

Какой мы представляем идеальную детскую книгу? Какие иллюстрации хорошие? На что обращать внимание родителей, покупающих детскую книгу? В чем ценность иллюстрации и какой она может быть с художественной точки зрения? Эти вопросы мы задаем себе. И ищем ответы на них, делая наши книги. Эти вопросы мы обсудили с писателем, журналистом и педагогом Мариной Аромштам, которая записала и опубликовала нашу беседу:

Книги хорошие,
книги плохие

Учимся выбирать. Обучаем родителей

Малыши еще не умеют читать, поэтому текстовое содержание книги открывается им через посредника — взрослого. А вот картинки маленький ребенок смотрит сам, своими глазами. То есть в книжный мир он изначально входит не как читатель, а как зритель. Как «смотрящий». Поэтому качество оформления книги, адресованной малышам, качество книжной иллюстрации невероятно важно.

Но, приобретая книгу или выбирая ее на библиотечной полке, мы, как правило, ориентируемся на очень общие и расхожие представления о том, что такое хорошо иллюстрированная книжка: в ней крупные яркие картинки, и их должно быть много. Критерии очень нечеткие и даже ошибочные.

Как отличить хорошую детскую книгу от плохой?

Встречают… по обложке

Книги в наше время — товар. Их продают и покупают. Поэтому подавляющее большинство издателей и продавцов наделяют книжные обложки функциями зазывалы. В результате книги на полках книжных магазинов напоминают орущую толпу. И обложки порой похожи на женщин легкого поведения: рядятся в яркие цвета, украшают себя блестками, золотом.

Кричащие обложки, как и положено «крикунам», часто обманывают покупателя: внутри обнаруживается совсем не то, что обещано снаружи.

Так что, возможно, нужно выбирать книгу по принципу «от противного» — с наиболее «тихим голосом», без лишней мишуры и прибамбасов в виде колес от игрушечного автомобиля или кукольной головы.

Обложка детской книжки должна не вопить «Купи меня!», а просить «Открой меня!», «Почитай ребенку! Покажи ребенку!».

Не покупайте, не берите в библиотеке книгу, ориентируясь исключительно на обложку.

Обязательно откройте и посмотрите: в хорошей книге оформление обложки и внутренние иллюстрации выдержаны в общем стиле.

Цвет цвету рознь

Согласно расхожему представлению, книги для детей должны быть цветными, яркими. Но цвет цвету рознь.

Действительно, детям нравятся цветные предметы, они их привлекают. Но сегодня имеет смысл ввести в оборот выражение «дурная яркость». Дурная яркость связана с появлением анилиновых, «химических» цветов и с их широким использованием при производстве детских игрушек и книг.

Приходишь в игрушечный магазин выбирать погремушку. Выбор, кажется, огромный. Все цвета радуги. Но, кажется, подвесь такую погремушку над кроваткой, — и ребенок будет весь день от ужаса плакать. Искусственная, утрированная яркость красок мешает их компоновать, создавать цветовые ряды. Цвета словно сходят с ума. Возникает какофония цвета.

Раньше такой проблемы не было, потому что краски готовились из натуральных материалов. Поэтому цвета получались благородными: благородный красный, благородный зеленый. Эти цвета мы видим в произведениях искусства прошлых веков, в иллюстрированных книгах прошлого века.

Нужно выбирать для ребенка книги с иллюстрациями, выдержанными в спокойной, благородной цветовой гамме. Это не значит, что книги для малышей должны вдруг стать черно-белыми, а картинки — серо-коричневыми. Иллюстрации могут быть самыми разными, но они не должны быть раскрашены в кричащие, ядовитые цвета.

Ложка — это ложка.
Ложкой суп едят.
Кошка — это кошка.
У кошки шесть котят.

Теперь попробуем определить, что такое хорошая иллюстрация.

Здесь существуют четкие возрастные параметры.

Возьмем, к примеру, книжки для самых маленьких — малышей в возрасте одного-двух лет. Эти дети еще только учатся говорить. Но как раз в этом возрасте им начинают показывать книжки-картинки.

Развивающая задача этих книжек четкая и понятная: малыш должен научиться находить соответствие между реальным предметом, словом и картинкой.

Ему говорят: «Это кошечка. Как кошечка мяукает? “Мяу-мяу”. А это — собачка. Как собачка тявкает? “Тяф-тяф”».

Так вот, в книжке, на которой малыш учится узнавать кошку, собачку, слона, жирафа, должны быть нарисованы именно кошка и собачка, слон и жираф.

Кошка в книжке для полуторагодовалого ребенка не может строить глазки или смеяться. Не может быть розовой или желтой. Она должна быть просто кошкой. А слон должен быть слоном и не походить на гибрид слона с чайником. Без всяких подмигиваний взрослым через голову ребенка.

Позже, когда малыш дорастет до волшебных сказок, он встретится на страницах книг и с говорящими котами, и даже с теми, от которых временами остается только улыбка. Но это произойдет между пятью и шестью годами. И тогда изменятся требования к адресованным ему иллюстрациям.

Но если книжка предназначена для детей раннего возраста, нужно учитывать психологические особенности именно их восприятия.

Причем малышу нужны именно картинки.

Казалось бы, если мы требуем от художника-иллюстратора «жизненной правды» и «реализма», лучше воспользоваться фотографиями. На них точно слон как слон, волк как волк.

Оказывается, нет. Фотография для малыша слишком реалистична, насыщена слишком большим количеством подробностей и деталей, которые он еще не в состоянии воспринять. Ребенку нужен именно образ кошки и собаки, обобщенный художественный образ. Ведь иллюстратор, адресуя рисунки маленьким читателям, показывает им самое существенное и важное, самое «кошачье» или «собачье».

Этот принцип актуален и для детей постарше — в возрасте трех-четырех лет.

Маленькие мальчики с бо/льшим удовольствием будут рассматривать книжку с нарисованными машинками, чем журнал «За рулем» с изображением моделей настоящих автомобилей. Опять-таки потому, что им на этом возрастном этапе важен обобщенный образ, который, ко всему прочему, еще и учит выделять существенное: машины непременно имеют колеса, форма автомобиля стремится к обтекаемой, машины специального назначения имеют отличительные знаки («скорая помощь» — с красным крестом, пожарная машина — красного цвета и т.п.), за рулем сидит водитель. Только теперь сюжеты картинок могут быть более сложными.

Смазливая кошечка и зайчик-блондинчик

Наиболее активными покупателями книг становятся родители малышей в возрасте от четырех лет. Оно и понятно. Ребенок уже говорит, учит в детском саду стихи наизусть. Уже забрезжила перспектива обучения чтению. Книжки вроде нужны. И воспитатели побуждают: читайте детям на ночь, читайте детям на ночь!

Поэтому книг, адресованных детям дошкольного возраста (именно этим — в возрасте с четырех до семи), море. Без края и берегов. Но подавляющее большинство из них является утрированным зеркалом попсовой культуры или гламура.

Первый признак «попсы» в детской книге — наличие смазливых симпатяшек и очаровашек — зайчиков с большими ресничками и кошечек с аккуратненькими губками. Этаких блондиночек в детском варианте, с неизменным выражением мордашки перемещающихся со страницы на страницу и призванных утверждать в детском сознании культ «блондиночьей жизни».

Зайчики-блондинчики еще хуже, чем слоны-чайники в книжках для полуторагодовалых, потому что это не просто проявление психологической безграмотности иллюстратора и книгоиздателя, но и откровенный триумф пошлости.

Хотите воспитывать в детях вкус, не способствуйте распространению пошлости.

Ценность иллюстрации —
в соответствии тексту

Этот критерий не поможет выбирать книжку на библиотечной полке или в книжном магазине, но научит оценивать качество иллюстрации — что тоже немаловажно, особенно — для педагога, который в идеале должен выступать для родителей советчиком и законодателем в области детского чтения.

Хорошая иллюстрация отличается образностью и выразительностью, а также своим соответствием тексту.

К примеру, главным действующим лицом истории является собака. Художник нашел образ, который показался ему удачным. Лучше всего у него получилась собака, виляющая хвостом. И вот эта собака в неизменном виде появляется на всех картинках. Но в одном эпизоде ее побили, в другом она измазалась в грязи, в третьем ее посадили на цепь — с собакой что-то происходит. На уровне событий, на уровне ее собственных эмоций, на уровне нашего сочувствия или возмущения. Именно эта динамика, а не просто напоминание о том, что речь в рассказе идет о собаке, должна быть отражена в иллюстрациях. Иначе иллюстрации не нужны.

Иными словами, на картинках в книжке должно быть нарисовано то, о чем повествует текст, а не что-то свое, отдельное, связанное с потребностью художника в самовыражении. Для детской книжки это особенно важно.

Функции книжной иллюстрации в том, чтобы удерживать внимание ребенка и помогать усваивать текст. Ребенок, рассматривая картинку во время чтения, занят серьезной работой: он соотносит словесные образы с образами зрительными. Но если картинка, привлекающая внимание, уводит от текста, возникает противоречие. Картинка становится не помощником, а помехой при восприятии текста.

Однако ограничиться утверждением, что «картинка должна соответствовать тексту», было бы неверно. Соответствие может быть внешним, формальным. А может быть глубинным, отражающим внутренние коллизии текста, придающим ему новый объем.

Пусть волшебная сказка начинается словами: «В незапамятные времена в некотором королевстве правил Грустный Король. Его дворец был окружен прекрасным садом. Там гуляли олени, маленькие птички распевали песни, дорожки были посыпаны золотыми блестками, но это не радовало Короля».

Проще всего нарисовать дворец. Красивый, с массой деталей. Вокруг растут деревья и летают птички. И это скорее всего с точки зрения искусства иллюстрирования будет плохая картинка. Потому что главным во всем эпизоде является не дворец, а Король. Грустный Король — несмотря на все окружающие его красоты. Так что иллюстратор должен был бы изобразить это противоречие, донести до ребенка переживания Короля. Для начала — как некую загадку, которая требует разрешения — и потому дальнейшего чтения.

Нарисовать, как Король грустит, гораздо труднее, чем нарисовать красивый дворец. Да еще где-нибудь в отдалении, на пригорке, чтобы осталось побольше места для зеленой травки и чудесных цветочков.

Белый — король цветов

Картинок должно быть много. Чем больше, тем лучше. Совсем хорошо, когда детская книжка «изрисована» от и до: ни одного свободного уголка. Везде фигурки, фигурки, фигурки; на худой конец — цвет, цвет, цвет.

Это одно из распространенных мнений.

Но вспомните, как устроен детский рисунок — не тот, что он рисует под бдительным присмотром взрослых («белых мест на листе бумаги быть не должно»), а самодеятельный, нарисованный для себя? Полосочка земли внизу, полосочка неба сверху. На нижней полосочке что-то происходит. Показываешь ребенку на белое и спрашиваешь: «Что это у тебя? Почему пусто?» А он со знанием дела отвечает: «Это воздух!» Он знает, что без воздуха не обойтись.

Детская книга, как человек, нуждается в воздухе. Нуждается в белом. Иначе нечем будет дышать. Белое — незанятое пространство — связывает иллюстрацию с текстом. И это очень важно, потому что книга — единый организм, продукт сложного, синтетического искусства.

Идеальная книга

Что такое «идеальная книга» для маленьких? Кроме качественных иллюстраций, у нее, наверное, должны быть закругленные края.

И она должна быть напечатана на плотной матовой, а не на глянцевой бумаге. Глянцевая бумага имеет те же пороки, что и экран компьютера, что и все блестящее: отсвечивает, бликует. Ребенок ведь, как правило, сидит сбоку от взрослого. Свет на страницу падает неравномерно. Значит, изображение искажается. Это вредно для глаз. А глаза еще даже не читают, а только смотрят.

Детская книга, особенно — для самых маленьких, не может быть «карманной»: слишком мелкое изображение, утомительно рассматривать, неудобно смотреть вместе со взрослым.

Детская книга не может быть очень толстой. Во-первых, потому что толстая книжка очень тяжелая. Во-вторых, она плохо раскрывается. Ее не очень удобно держать, не очень удобно читать, не очень удобно смотреть.

В-третьих, маленькому ребенку для нормального развития все-таки нужны разные книги — с иллюстрациями разных художников, с разными сказками и историями. Лучше, если друзей больше, чем один. Поэтому не стоит соблазняться названиями, обещающими собрать под одной обложкой всю сокровищницу мировой литературы. Все равно не получится. Не влезет. А качество издания наверняка пострадает.

В общем, книгу для ребенка лучше выбирать с пристрастием.

Глядишь — и мир изменится к лучшему.

Партнеры | Издательство «Мелик-Пашаев»

Издательство «Мелик-Пашаев, выпускающее книги для детей от 0 до 10 лет, было создано в 2008 году.

С чего начинается детская книга? Конечно, с картинок! И кому же заниматься изданием книг для самых маленьких, как ни художникам. Наше издательство – это творческий союз двух художников, выпускниц Московского полиграфического института (МГУП) – Татьяны Руденко и Марии Мелик-Пашаевой.

Татьяна Руденко – художник-график, дизайнер книг, много лет работала художественным редактором в издательстве «Книга». Она – один из основателей детской творческой мастерской при Третьяковской галерее на Крымском Валу.

Мария Мелик-Пашаева – художник-иллюстратор, живописец – участник многих выставок, специалист в области рукописных шрифтов, коллекционер детской книги.

Какой мы представляем идеальную детскую книгу? Какие иллюстрации хорошие? На что обращать внимание родителей, покупающих детскую книгу? В чем ценность иллюстрации и какой она может быть с художественной точки зрения? Эти вопросы мы задаем себе. И ищем ответы на них, делая наши книги. Эти вопросы мы обсудили с писателем, журналистом и педагогом Мариной Аромштам, которая записала и опубликовала нашу беседу:

Книги хорошие,
книги плохие

Учимся выбирать. Обучаем родителей

Малыши еще не умеют читать, поэтому текстовое содержание книги открывается им через посредника — взрослого. А вот картинки маленький ребенок смотрит сам, своими глазами. То есть в книжный мир он изначально входит не как читатель, а как зритель. Как «смотрящий». Поэтому качество оформления книги, адресованной малышам, качество книжной иллюстрации невероятно важно.

Но, приобретая книгу или выбирая ее на библиотечной полке, мы, как правило, ориентируемся на очень общие и расхожие представления о том, что такое хорошо иллюстрированная книжка: в ней крупные яркие картинки, и их должно быть много. Критерии очень нечеткие и даже ошибочные.

Как отличить хорошую детскую книгу от плохой?

Встречают… по обложке

Книги в наше время — товар. Их продают и покупают. Поэтому подавляющее большинство издателей и продавцов наделяют книжные обложки функциями зазывалы. В результате книги на полках книжных магазинов напоминают орущую толпу. И обложки порой похожи на женщин легкого поведения: рядятся в яркие цвета, украшают себя блестками, золотом.

Кричащие обложки, как и положено «крикунам», часто обманывают покупателя: внутри обнаруживается совсем не то, что обещано снаружи.

Так что, возможно, нужно выбирать книгу по принципу «от противного» — с наиболее «тихим голосом», без лишней мишуры и прибамбасов в виде колес от игрушечного автомобиля или кукольной головы.

Обложка детской книжки должна не вопить «Купи меня!», а просить «Открой меня!», «Почитай ребенку! Покажи ребенку!».

Не покупайте, не берите в библиотеке книгу, ориентируясь исключительно на обложку.

Обязательно откройте и посмотрите: в хорошей книге оформление обложки и внутренние иллюстрации выдержаны в общем стиле.

Цвет цвету рознь

Согласно расхожему представлению, книги для детей должны быть цветными, яркими. Но цвет цвету рознь.

Действительно, детям нравятся цветные предметы, они их привлекают. Но сегодня имеет смысл ввести в оборот выражение «дурная яркость». Дурная яркость связана с появлением анилиновых, «химических» цветов и с их широким использованием при производстве детских игрушек и книг.

Приходишь в игрушечный магазин выбирать погремушку. Выбор, кажется, огромный. Все цвета радуги. Но, кажется, подвесь такую погремушку над кроваткой, — и ребенок будет весь день от ужаса плакать. Искусственная, утрированная яркость красок мешает их компоновать, создавать цветовые ряды. Цвета словно сходят с ума. Возникает какофония цвета.

Раньше такой проблемы не было, потому что краски готовились из натуральных материалов. Поэтому цвета получались благородными: благородный красный, благородный зеленый. Эти цвета мы видим в произведениях искусства прошлых веков, в иллюстрированных книгах прошлого века.

Нужно выбирать для ребенка книги с иллюстрациями, выдержанными в спокойной, благородной цветовой гамме. Это не значит, что книги для малышей должны вдруг стать черно-белыми, а картинки — серо-коричневыми. Иллюстрации могут быть самыми разными, но они не должны быть раскрашены в кричащие, ядовитые цвета.

Ложка — это ложка.
Ложкой суп едят.
Кошка — это кошка.
У кошки шесть котят.

Теперь попробуем определить, что такое хорошая иллюстрация.

Здесь существуют четкие возрастные параметры.

Возьмем, к примеру, книжки для самых маленьких — малышей в возрасте одного-двух лет. Эти дети еще только учатся говорить. Но как раз в этом возрасте им начинают показывать книжки-картинки.

Развивающая задача этих книжек четкая и понятная: малыш должен научиться находить соответствие между реальным предметом, словом и картинкой.

Ему говорят: «Это кошечка. Как кошечка мяукает? “Мяу-мяу”. А это — собачка. Как собачка тявкает? “Тяф-тяф”».

Так вот, в книжке, на которой малыш учится узнавать кошку, собачку, слона, жирафа, должны быть нарисованы именно кошка и собачка, слон и жираф.

Кошка в книжке для полуторагодовалого ребенка не может строить глазки или смеяться. Не может быть розовой или желтой. Она должна быть просто кошкой. А слон должен быть слоном и не походить на гибрид слона с чайником. Без всяких подмигиваний взрослым через голову ребенка.

Позже, когда малыш дорастет до волшебных сказок, он встретится на страницах книг и с говорящими котами, и даже с теми, от которых временами остается только улыбка. Но это произойдет между пятью и шестью годами. И тогда изменятся требования к адресованным ему иллюстрациям.

Но если книжка предназначена для детей раннего возраста, нужно учитывать психологические особенности именно их восприятия.

Причем малышу нужны именно картинки.

Казалось бы, если мы требуем от художника-иллюстратора «жизненной правды» и «реализма», лучше воспользоваться фотографиями. На них точно слон как слон, волк как волк.

Оказывается, нет. Фотография для малыша слишком реалистична, насыщена слишком большим количеством подробностей и деталей, которые он еще не в состоянии воспринять. Ребенку нужен именно образ кошки и собаки, обобщенный художественный образ. Ведь иллюстратор, адресуя рисунки маленьким читателям, показывает им самое существенное и важное, самое «кошачье» или «собачье».

Этот принцип актуален и для детей постарше — в возрасте трех-четырех лет.

Маленькие мальчики с бо/льшим удовольствием будут рассматривать книжку с нарисованными машинками, чем журнал «За рулем» с изображением моделей настоящих автомобилей. Опять-таки потому, что им на этом возрастном этапе важен обобщенный образ, который, ко всему прочему, еще и учит выделять существенное: машины непременно имеют колеса, форма автомобиля стремится к обтекаемой, машины специального назначения имеют отличительные знаки («скорая помощь» — с красным крестом, пожарная машина — красного цвета и т.п.), за рулем сидит водитель. Только теперь сюжеты картинок могут быть более сложными.

Смазливая кошечка и зайчик-блондинчик

Наиболее активными покупателями книг становятся родители малышей в возрасте от четырех лет. Оно и понятно. Ребенок уже говорит, учит в детском саду стихи наизусть. Уже забрезжила перспектива обучения чтению. Книжки вроде нужны. И воспитатели побуждают: читайте детям на ночь, читайте детям на ночь!

Поэтому книг, адресованных детям дошкольного возраста (именно этим — в возрасте с четырех до семи), море. Без края и берегов. Но подавляющее большинство из них является утрированным зеркалом попсовой культуры или гламура.

Первый признак «попсы» в детской книге — наличие смазливых симпатяшек и очаровашек — зайчиков с большими ресничками и кошечек с аккуратненькими губками. Этаких блондиночек в детском варианте, с неизменным выражением мордашки перемещающихся со страницы на страницу и призванных утверждать в детском сознании культ «блондиночьей жизни».

Зайчики-блондинчики еще хуже, чем слоны-чайники в книжках для полуторагодовалых, потому что это не просто проявление психологической безграмотности иллюстратора и книгоиздателя, но и откровенный триумф пошлости.

Хотите воспитывать в детях вкус, не способствуйте распространению пошлости.

Ценность иллюстрации —
в соответствии тексту

Этот критерий не поможет выбирать книжку на библиотечной полке или в книжном магазине, но научит оценивать качество иллюстрации — что тоже немаловажно, особенно — для педагога, который в идеале должен выступать для родителей советчиком и законодателем в области детского чтения.

Хорошая иллюстрация отличается образностью и выразительностью, а также своим соответствием тексту.

К примеру, главным действующим лицом истории является собака. Художник нашел образ, который показался ему удачным. Лучше всего у него получилась собака, виляющая хвостом. И вот эта собака в неизменном виде появляется на всех картинках. Но в одном эпизоде ее побили, в другом она измазалась в грязи, в третьем ее посадили на цепь — с собакой что-то происходит. На уровне событий, на уровне ее собственных эмоций, на уровне нашего сочувствия или возмущения. Именно эта динамика, а не просто напоминание о том, что речь в рассказе идет о собаке, должна быть отражена в иллюстрациях. Иначе иллюстрации не нужны.

Иными словами, на картинках в книжке должно быть нарисовано то, о чем повествует текст, а не что-то свое, отдельное, связанное с потребностью художника в самовыражении. Для детской книжки это особенно важно.

Функции книжной иллюстрации в том, чтобы удерживать внимание ребенка и помогать усваивать текст. Ребенок, рассматривая картинку во время чтения, занят серьезной работой: он соотносит словесные образы с образами зрительными. Но если картинка, привлекающая внимание, уводит от текста, возникает противоречие. Картинка становится не помощником, а помехой при восприятии текста.

Однако ограничиться утверждением, что «картинка должна соответствовать тексту», было бы неверно. Соответствие может быть внешним, формальным. А может быть глубинным, отражающим внутренние коллизии текста, придающим ему новый объем.

Пусть волшебная сказка начинается словами: «В незапамятные времена в некотором королевстве правил Грустный Король. Его дворец был окружен прекрасным садом. Там гуляли олени, маленькие птички распевали песни, дорожки были посыпаны золотыми блестками, но это не радовало Короля».

Проще всего нарисовать дворец. Красивый, с массой деталей. Вокруг растут деревья и летают птички. И это скорее всего с точки зрения искусства иллюстрирования будет плохая картинка. Потому что главным во всем эпизоде является не дворец, а Король. Грустный Король — несмотря на все окружающие его красоты. Так что иллюстратор должен был бы изобразить это противоречие, донести до ребенка переживания Короля. Для начала — как некую загадку, которая требует разрешения — и потому дальнейшего чтения.

Нарисовать, как Король грустит, гораздо труднее, чем нарисовать красивый дворец. Да еще где-нибудь в отдалении, на пригорке, чтобы осталось побольше места для зеленой травки и чудесных цветочков.

Белый — король цветов

Картинок должно быть много. Чем больше, тем лучше. Совсем хорошо, когда детская книжка «изрисована» от и до: ни одного свободного уголка. Везде фигурки, фигурки, фигурки; на худой конец — цвет, цвет, цвет.

Это одно из распространенных мнений.

Но вспомните, как устроен детский рисунок — не тот, что он рисует под бдительным присмотром взрослых («белых мест на листе бумаги быть не должно»), а самодеятельный, нарисованный для себя? Полосочка земли внизу, полосочка неба сверху. На нижней полосочке что-то происходит. Показываешь ребенку на белое и спрашиваешь: «Что это у тебя? Почему пусто?» А он со знанием дела отвечает: «Это воздух!» Он знает, что без воздуха не обойтись.

Детская книга, как человек, нуждается в воздухе. Нуждается в белом. Иначе нечем будет дышать. Белое — незанятое пространство — связывает иллюстрацию с текстом. И это очень важно, потому что книга — единый организм, продукт сложного, синтетического искусства.

Идеальная книга

Что такое «идеальная книга» для маленьких? Кроме качественных иллюстраций, у нее, наверное, должны быть закругленные края.

И она должна быть напечатана на плотной матовой, а не на глянцевой бумаге. Глянцевая бумага имеет те же пороки, что и экран компьютера, что и все блестящее: отсвечивает, бликует. Ребенок ведь, как правило, сидит сбоку от взрослого. Свет на страницу падает неравномерно. Значит, изображение искажается. Это вредно для глаз. А глаза еще даже не читают, а только смотрят.

Детская книга, особенно — для самых маленьких, не может быть «карманной»: слишком мелкое изображение, утомительно рассматривать, неудобно смотреть вместе со взрослым.

Детская книга не может быть очень толстой. Во-первых, потому что толстая книжка очень тяжелая. Во-вторых, она плохо раскрывается. Ее не очень удобно держать, не очень удобно читать, не очень удобно смотреть.

В-третьих, маленькому ребенку для нормального развития все-таки нужны разные книги — с иллюстрациями разных художников, с разными сказками и историями. Лучше, если друзей больше, чем один. Поэтому не стоит соблазняться названиями, обещающими собрать под одной обложкой всю сокровищницу мировой литературы. Все равно не получится. Не влезет. А качество издания наверняка пострадает.

В общем, книгу для ребенка лучше выбирать с пристрастием.

Глядишь — и мир изменится к лучшему.

Мелик-Пашаев – легендарный дирижер Большого театра

Музыковед А. Ивашкин писал, что Александр Шамильевич был неразрывно связан с Большим театром в течение 33 лет. И за это время он дирижировал более чем двумя тысячами спектаклей! Пожалуй, Мелик-Пашаева никто не превзошел! Бешеной работоспособностью он обладал с детства. Во время учебы в Ленинграде у Гаука пятилетний курс окончил за два года. Александр Васильевич считал, что музыкальной культуре его ученика ближе всего изящные, легкие, виртуозные, жизнерадостные спектакли. Отлично он исполнял и произведения романтического стиля, в которых раскрывался его незаурядный темперамент.

Мелик-Пашаеву удалось поработать и в родном Тбилиси. Сергей Яковлевич Лемешев в то время был солистом Тбилисского оперного театра. «Своим обаянием, вдохновением и глубоким пониманием музыки он влил в меня что-то новое, после этого урока я почувствовал себя как бы выросшим на одну ступеньку», — вспоминал великий певец.

Ни года без премьеры- таким было творческое кредо Мелик-Пашаева. В то же время он не брался за те спектакли, которые сделали бы лучше его коллеги. Так, Борису Покровскому не удалось уговорить его на дирижирование «Сказанием о граде Китеже» Римского-Корсакова. Он также никогда не дирижировал двумя спектаклями подряд: он ненавидел автоматизм, «поточный метод». К каждому спектаклю готовился как к премьере!

Поздно вечером, после спектакля, Мелик-Пашаева можно было застать с партитурой в руках. Как правило, он оставался неудовлетворенный своим исполнением. «Я лично никогда не прихожу в класс, в оркестр, на сцену до тех пор, пока в моем воображении не оживут образы героев оперы, и я мысленно не пройду с ними их насыщенный драматическими конфликтами сценический путь. Это получается в результате продолжительного “кабинетного” периода, когда партитура постоянно лежит на письменном столе, и днем, и ночью влечет к себе. Когда из застывших нотных значков постепенно оживает ощущаемая внутренним слухом музыка и, непрерывно обогащаясь, зреет в сознании», — так жил Александр Шамильевич Мелик-Пашаев.

Большой праздник своим поклонникам дирижер подарил постановкой оперы «Фиделио» на музыку Бетховена в 1954 году. Он готовился к ней долго и тщательно. «За всю мою многолетнюю дирижерскую практику еще ни одно сочинение так не захватывало и не волновало меня», — говорил позже дирижер. Он вникал во все детали, постоянно обсуждал их с Покровским. Благодаря ему ритмический рисунок музыки Бетховена остался неизменным. Все линии были рельефными, отточенными. Через полгода после премьеры этим спектаклем дирижировал немец Герман Абендрот. Ему даже не понадобились репетиции! В каждом такте чувствовалась замечательная выучка, осуществления Мелик-Пашаевым совершенно в бетховенском стиле. Оркестр стал образцовым художественным аппаратом.

Мелик-Пашаев, Ованес Нерсессович — это… Что такое Мелик-Пашаев, Ованес Нерсессович?

В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Мелик-Пашаев. В Википедии есть статьи о других людях с такой фамилией, см. Пашаев.

Ова́нес Нерсессович Ме́лик-Паша́ев (9 апреля 1951, Москва) — советский, российский и болгарский музыкальный продюсер и импресарио, занимавшийся предпринимательством в СССР в годы, когда это было официально запрещено. В 1970-е и 1980-е годы был директором советских рок-групп «Машина Времени», «Воскресенье» и «Черный кофе»[3]. По национальности армянин. Президент продюсерской и рекламно-издательской компании в Болгарии «Жокер медиа», выпускает русскоязычный журнал «Бизнес-контакты»[4][5]

Биография

Question book-4.svg В этой статье не хватает ссылок на источники информации. Информация должна быть проверяема, иначе она может быть поставлена под сомнение и удалена.
Вы можете отредактировать эту статью, добавив ссылки на авторитетные источники.
Эта отметка установлена 31 августа 2011.

Родился 9 апреля 1951 года в Москве. В 1968 году закончил Математическую школу при Московском Государственном университете. В 1974 году закончил Физический факультет Московского Государственного университета им. Ломоносова. В период с 1974 по 1978 гг. — преподавал в МИТХТ им. Ломоносова на кафедре физики. Женат с 1972 года. Дочь Лияна Мелик-Пашаева (род. 10 мая 1974)[6] продюсер.[2][7]

Жизнь в Болгарии

Начиная с 1996 г. постоянно живет в Болгарии. Президент JVL-Holding.

В 2001 году в рамках JVL-Holding создана фирма «Жокер Медиа». Создание фирмы преследовало одну-единственную главную цель — популяризацию русской культуры в Болгарии.

В 2003 году фирма «Жокер Медиа» приобрела права на издание единственного на Балканском полуострове русскоязычного информационно-аналитического журнала «Бизнес-контакты», который издается в Болгарии с 1997 года. В 2005 году Ованес Мелик-Пашаев и его фирма стали инициаторами создания общественной организации «Форум российских соотечественников», что позволило осуществлять разностороннюю благотворительную деятельность, в подавляющем большинстве случаев напрямую финансируемую фирмой «Жокер Медиа».

Сегодня в Болгарии с именем фирмы «Жокер Медиа» и ее президента Ованеса Мелик-Пашаева связывают организацию крупнейших гастролей российских исполнителей мирового уровня, проведение Года России в Болгарии, посещения и выступления в Болгарии самых крупных культурных деятелей России, реализацию проектов, связанных с празднованием Дня Победы, многие благотворительные инициативы и др.

«Жокер Медиа» организовала и успешно провела 16 масштабных балетных спектаклей с участием известных звезд балета. Состоялись концерты тенора Большого театра Зураба Соткилавы, гастроли солистов Большого театра, балетной труппы Ю.Григоровича и солистов Большого театра (спектакли «Щелкунчик» и «Спартак»), гастролей Имперского балета.

Компания «Жокер Медиа» стала организатором Дней культуры Российской Федерации в Республике Болгария в связи с визитом в страну президента РФ В. В. Путина. В рамках Дней культуры состоялся гала-концерт с участием ведущих российских артистов и коллективов. Прошли балетные спектали Кремлевского балета Григоровича «Иван Грозный» и «Ромео и Джульетта», концерты Кубанского казачьего хора в Пловдиве, Русе и Стара-Загоре.

По инициативе «Жокер Медиа» в Болгарии прошла панорама современного российского кино, встречи Никиты Михалкова и Иосифа Кобзона с соотечественниками, мероприятия, посвященные Вадимиру Высоцкому (издание четырех альбомов с песнями В. Высоцкого). Специально для распространения и массового показа в кинотеатрах Болгарии компания приобрела права на российские фильмы «Звезда» и «Война» — фильмы были показаны в кинотеатрах по всей стране.

Компания имеет и финансово поддерживает постоянную музыкальную программу на болгарском Радио «Дарик» — «Балайка Рок», которая на протяжении почти 10 лет занимается исключительно популяризацией русской музыки в болгарском эфире.

За целостную благотворительную деятельность «Жокер Медиа» была признана в 2004 году благотворителем года.

Совместно с Форумом российских соотечественников «Жокер Медиа» реализовала множество мероприятий. Среди них — концерт Аллы Пугачёвой, после которого финансовая помощь детям Беслана была передана епископу Ставропольскому и Владикавказскому Феофану во время его посещения в Болгарию с 12 по 15 ноября 2004 года. Совместными усилиями Подворья РПЦ в Софии, компании «Жокер Медиа», Форума российских соотечественников и лично О. Мелик-Пашаева был отремонтирован храм святого Пантелеимона в Софии.

В дни визита епископа Феофана, состоявшегося в связи с 90-летним юбилеем освящения Свято-Николаевского храма Подворья РПЦ в Софии, О.Мелик-Пашаев был награжден орденом Русской Православной церкви преподобного Сергия Радонежского III степени. «Жокер Медиа» стала организатором болгарского и Балканского концертов известного ансамбля песни и пляски им. Александрова. Совместно с ФРС и при непосредственном участии и содействии Правительства Москвы «Жокер Медиа» выступила организатором масштабной программы, посвященной 60-летию Победы.

В 2005 году приказом министра обороны РФ С.Иванова О.Мелик-Пашаев был награжден медалью Министерства обороны РФ «За укрепление боевого содружества».

На протяжении последних пяти лет «Жокер Медиа» является официальным соорганизатором и финансовым спонсором церемонии вручения самых авторитетных в Болгарии наград в области культуры «Золотая муза». Награда вручается за вклад в развитие культурных отношений между Россией и Болгарией. Обладателями этих наград стали известные российские деятели — Юрий Башмет, Иосиф Кобзон, Никита Михалков, Виктор Мержанов. Награды «Золотая муза» вручены многим известным болгарским культурным и общественным деятелям и преподавателям русского языка в Болгарии. Ованес Мелик-Пашаев — постоянный член жюри конкурса «Золотая Муза». За масштабную просветительскую и культурную деятельность О.Мелик-Пашаеву былы вручены Почетный знак Росзарубежцентра «За вклад в дело дружбы», а также диплом и звание академика Академии проблем безопасности, обороны и правопорядка

В 2007 году издателю русскоязычного журнала «Бизнес-контакты» Ованесу Мели-Пашаеву в Москве была вручена награда Общероссийской общественной организации работников СМИ «МедиаСоюз» «Золотой глагол» в номинацията «Русское слово», в связи с проведением Года русского языка.

В 2008 году «Жокер Медиа» стала официальным соорганизатором проведения Года России в Болгарии. Все культурные мероприятия, проводимые в рамках Года России в Болгарии, в Софии состоялись при участии и технической поддержке фирмы «Жокер Медиа». Неоценимо участие фирмы в организации и проведении торжественных концертов при официальном открытии и закрытии Года России, на которых присутствовали президенты двух стран.

В 2009 году Российская Академия естественных наук (РАЕН) вручила Ованесу Мелик-Пашаеву диплом за вклад в развитие науки и экономики России.

В 2010 году Председатель комиссии по делам соотечественников за рубежом С.Лавров вручил Ованесу Мелик-Пашаеву как представителю Российского Фонда культуры и Благотворительного Фонда Владимира Спивакова в Болгарии диплом за особый вклад в экономическую и гуманитарную поддержку российской общины в Болгарии.

В 2010 году «Жокер Медиа» совместно с ФРС и при участии Мэрии города Софии стала организатором празднования 65-летия Победы. При финансовой поддержке фирмы осуществлены следующие благотворительные проекты: проведен ремонт русской балетной школы им. Г.Улановой; на протяжении пяти лет осуществлялась ежедневная бесплатная доставка хлеба живущим в Доме инвалидов на территории церкви св. Пантелеимона; ежегодно оказывается денежная и предметная помощь российским ветеранам Великой отечественной войны и социально слабым российским гражданам, живущим в Болгарии и детям-сиротам двух сиротских приютов в Болгарии; в год 130-летия Русско-турецкой освободительной войны произведена генеральная реконструкция и практически заново восстановлено русское военное кладбище (91-й участок с параклисом на Центральном софийском кладбище), на котором находятся захоронения более 50 русских офицеров, участников Русско-турецкой войны 1877—1878 гг.; в рамках издательской деятельности «Жокер Медиа» оказала финансовое содействие изданиям книг Подворья Русской Православной церкви в Софии, Союза болгарских писателей, Болгарской Академии наук и др. — это совместное с учеными БАН издание большого исследовательского труда, посвященного 130-летию Русско-турецкой войны; совместное с учеными учеными Института экономики РАН и Экономического института БАН издание сборника с научными статьями под названием «Экономические отношения между Россией и Болгарией в условиях расширения Европейского Союза», это совместное с Русской православной церковью издание книги «Основы православной религии», совместное с Союзом инвалидов в Болгарии издание исторической книги «Не нам, не нам, а Имени твоему» и др.

Примечания

Ссылки

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о